Людмила Грекова – учительница географии из поселка Новотроицкое Волновахского района Донецкой области. Она одна из десятков тысяч украинцев, оказавшихся в Литве в результате начавшейся войны в Украине. История обычной украинской семьи, попавшей в военный переплет, – в интервью «Экспресс-недели».
– Людмила, чем обернулся для вас и вашей семьи день 24 февраля 2022 года?
– 24 февраля наша жизнь обнулилась. У нас многодетная семья: я, муж и трое сыновей, жили мы в Донецкой области на границе с ДНР. Только сейчас мы начали ценить то, что имели. А у нас было все. У меня была любимая работа – я учительница. Муж работал начальником ремонтно-механического цеха на крупном предприятии. Дети ходили в школу. Мы устраивали свой быт, работали, ездили на месяц на море, наши дети ни в чем не знали отказа. У нас было много друзей, с которыми мы часто встречались, отмечали праздники. Все было очень хорошо, а потом наступило 24 февраля…
…Нас разбудил звонок моего брата из Днепра. Он просил, чтобы мы поскорее собирали вещи и уезжали. Я сперва ничего не поняла, а потом по новостям узнала о начале войны. Мы поверить не могли, что такое может быть. Даже, когда раздались первые взрывы, мы думали, что это ненадолго: не могли поверить, что Россия может на нас напасть.
24 февраля у нас начали собираться родственники и друзья. Мы жили в частном доме, а все наши друзья – в квартирах. Когда к вечеру стало еще страшнее, у нас собралось уже 5 семей. Сначала было даже любопытно, все делали ставки, когда закончится это безобразие. Кто-то говорил, что через 3 дня, кто-то – что через три месяца. Среди нас было много детей. Мы готовили еду, играли в настольные игры, общались. Спустя некоторое время, когда разбомбили газопровод, мы начали готовить еду на костре. Потом отключили свет и связь. Стало совсем туго.
Воду отключили раньше всего. Мы успели сделать запас питьевой воды, а техническую собирали, когда шел дождь или снег. Ситуация становилась все напряженней. Дети уже знали, в какой очередности нужно бежать в подвал. На улицу выходили только мужчины: приготовить поесть и собрать воду. Нам было очень страшно, мы были отрезаны от мира, ничего о происходящем не знали. У нас было радио, которое ловило через раз и то только канал ДНР. Была уверенность в том, что о нас все забыли и мы никому не нужны. С каждым днем становилось все страшнее и страшнее.
– И вы решили эвакуироваться? Как проходила эвакуация?
– Мы совершенно случайно узнали, что можно эвакуироваться. Но это было очень опасно. Одни наши знакомые при эвакуации попали под обстрел, девушку после этого еле спасли. У нее был инсульт. Но одна семья, которая находилась у нас, все же рискнула и уехала первой. Позже мы узнали, что они поехали в Лиман, а потом в Днепропетровскую область. Я очень жалею, что мы не поехали с ними, и наши дети почувствовали все ужасы войны.
5 марта начался сильный обстрел. Дети постоянно находились в подвале, мы, взрослые, иногда выходили. А 6 марта уже даже и мы не смогли выйти. Было очень страшно. Перебежками группами бегали в туалет, и то только тогда, когда хотели дети. 7 марта к вечеру немного утихло, мы все вышли, чтобы хоть просто походить, и то не по улице, а по дому. Все-таки 15 человек в одном подвале – это много, мы сидели, прижавшись друг к другу, и не могли даже распрямить ноги. Причем с нами были еще два котенка-британца и один йоркширский терьер. Они даже нашли общий язык, и когда звучала команда бежать в подвал, они тоже бежали, как будто понимали. Еще были три взрослых кота, три попугая и хомяки. Вот такая была компания. Не бросать же тех, кого приручили.
7 марта мы подумали, что уже все стихло. Я, мой старший сын и двое наших друзей решили лечь в доме в самой безопасной комнате. Проснулись оттого, что дом шатался (а у нас дом старой постройки, с метровыми стенами). Люстры и стекла вылетали, как в фильме ужасов. Мы страшно испугались, думали, что нас разбомбили. Пришлось быстро перебираться в подвал. Еле пережили эту ночь, утром вышли на улицу, а там ужас: везде осколки от снарядов, почти весь двор разрушен, машина разбита. Вторая машина в гараже стояла. В гараж попал осколок и разбил заднее стекло. И тут мы приняли решение уезжать. С нами уезжали наши друзья Коля и Ира. Они на своей машине, а мы – на своей. Это было 8 марта. Мы сделали белые флаги из футболок и палок. Покидали в машину то, что смогли. Хорошо, что документы и все ценное я сложила заранее в одну сумку. Попрощались мы с оставшимися друзьями и поехали.
8 марта в 9.00 подъехали к нашему ДК, откуда Красный Крест проводил эвакуацию. Прождали очень долго, до вечера. Они не приехали. Мы понимали, что домой возвращаться очень страшно, попросились в бомбоубежище. Нам предоставили место два метра на метр. Я и дети там поместились. Мои дети впервые за несколько дней смогли лечь. Я просто сидела, гладила их ноги и плакала. Иру приютила рядышком на раскладушке какая-то коллега ее мужа, а наши мужчины сидели на стульчиках в другом отсеке. Там я встретила детей из своего класса, угостила их шоколадкой, пообщалась с ними, немного успокоила. Кота нашего в бомбоубежище не пустили, ему пришлось ночевать в машине под бомбежками. Так прошла ночь.
Утром нам сказали, что никто не приедет – разбомбили мост. У нас началась паника, истерика. Но в 10.00 приехали волонтеры. Они сказали, что у нас есть 20 минут, на то чтобы проехать из Новотроицкого до Владимировки, и что ехать нужно будет очень быстро. И если, мол, кто-то отстанет, то останавливаться и помогать никто не будет. Нам было очень страшно: в машине трое детей, стекло разбито и держалось только на тонировке. Белый флаг велели убрать, а прицепить белую тряпку к заднему стеклу. Когда ехали, эта белая тряпка била по заднему стеклу, а его осколки летели на детей.
Дорога была ужасная, полностью разбитая. Каждому из нас я положила за пазуху именные иконки, а большую икону Николая Чудотворца держала в руках. Гладила машину по торпеде и просила, чтобы она нас вывезла из этого ада. И она нас вывезла. К вечеру мы приехали в Днепр. Там нас встретил мой брат, который тоже с семьей бежал от войны из Луганска еще в 2014-м.
Мы помылись, отдохнули, поели нормально впервые за столько дней. Подвал сделал свое дело, и мы все еле излечились от простуды.
Все было хорошо, но потом и в Днепре стало страшно. Мы жили у брата на 4-м этаже. Бесконечные сирены, звуки взрывов. Мы поняли, что нужно починить машину и двигаться дальше. Две недели ушло на ремонт. Стекло пришлось заказывать в Одессе, так как в Днепре не смогли найти. Мы немного отдохнули и начали решать, что делать дальше.
У нас было три варианта. Первый – возвращаться домой. Там после нашего отъезда все стихло. Но это была уже оккупированная территория. А я учитель, значит, не смогу работать в той школе. Я всю жизнь учила детей любить свою родину – Украину. Второй вариант – снимать жилье в Украине. Без работы и с тремя детьми это нам показалось нереальным. Ни у меня, ни у мужа никакой определенности с работой не было. В Днепре жили на деньги, которые накопили. И третий вариант – ехать за границу. Муж был против, но я настояла и ни разу не пожалела об этом.
– Как вышло, что из многих «заграниц» вы выбрали Литву?
– Решение ехать в Литву не было спонтанным. Когда мы проходили в 2013-м лечение в Донецке, познакомились там с очень хорошей девушкой-волонтером. У нее муж – литовец, и в 2014-м они переехали жить в Литву. Так вот она нам сказала: «Людмила, приезжайте в Литву. Вы полюбите ее, как и я». И мы приняли решение ехать в Литву.
Конечно, было страшно ехать в другую страну за 2 тыс. км от родного дома. Но в Украине оставаться было страшнее. У нас дети. У одного ребенка в анамнезе лейкемия. Старшему – 16 лет, скоро оканчивать школу. И мы решились. Тем более, что муж был выездной, так как у нас многодетная семья.
Ранним утром выехали из Днепра и вечером были во Львовской области. Там переночевали, и я зарегистрировалась на бесплатное жилье в Литве. Я, конечно, вообще не надеялась, что нам помогут, мы просто привыкли сами все решать. На следующий день мы пересекли польскую границу на таможне Рава-Руська. В Польше мы оформили все документы на нашего кота. Нас накормили, напоили, помогли во всем. Мы отдохнули и поехали дальше. У нас были польские телефонные карточки, и когда мы въехали в Литву, вся связь пропала. Но в одном месте где-то в лесу у меня вдруг появилась связь. Я прочитала сообщение в электронной почте. Там было написано: «Меня зовут Влад». Был указан и номер его телефона. Он готов был предоставить нам жилье.
Приехали мы в регистрационный центр в Вильнюсе. Не помню точно где, но в какой-то школе. Провели нас по всем инстанциям, все рассказали и показали. Мы там зарегистрировались в миграционной службе, в центре занятости, нам выдали гигиенические наборы, зарегистрировали на получение продуктовых карточек в Maisto bankas. Спасибо им огромное, очень приятные люди. А самое главное, нам дали литовские sim-карты, и я смогла позвонить человеку, который предлагает нам жилье. Так началась наша жизнь в Литве.
– Как прошли для вас первые месяцы жизни в Литве?
– Мы приехали в Литву 5 апреля и уже 14 апреля приступили к работе. Первым местом нашей работы стало сельскохозяйственное предприятие. Нам было нелегко заниматься тяжелым физическим трудом, ведь у меня 2 высших образования, у мужа тоже высшее образование и опыт работы на руководящей должности. Но ради детей мы пересилили себя. Мы работали там 3 месяца, все с пониманием и сочувствием относились к нам.
В Литве мы уже 10 месяцев и ни разу не услышали ничего плохого в свой адрес. Нас приютили Владас и Настя Томашевич. Огромное спасибо этим людям, не знаем, что бы мы без них делали. Они окружили нас заботой и любовью. Это замечательные люди. Мы никогда не устанем говорить им спасибо за все, что они сделали для нас.
Каспарас УРБОНАЙТИС, «Экспресс-неделя».
За минувшие сутки на границе Литвы с Беларусью пограничники развернули одного нелегального мигранта, сообщила в среду Служба охраны госграницы Литвы.
ПодробнееВ четверг Вильнюсский окружной суд продолжил рассмотрение дела о содействии в действиях против Литвы, и свидетель, который ездил в Беларусь с основателями ликвидированного
ПодробнееВ четверг в Вильнюсе прошла церемония прощания с американскими военнослужащими, погибшими на...
Комитет Сейма Литвы по национальной безопасности и обороне поддерживает введение более строгих...
За минувшие сутки на границе Литвы с Беларусью пограничники развернули 13 нелегальных мигрантов,...
Еще на прошлой неделе президент США Дональд Трамп сказал, что может пойти на третий срок, потому что «многие хотят», чтобы он это сделал....
ПодробнееВчера узнала, что трехлетний соседский ребенок отравился бытовой химией, ему было любопытно попробовать на вкус жидкость из яркой баночки. Повредил слизистую...
ПодробнееЛитовскому национальному музею в этом году исполняется 170 лет. За это время он превратился из классического хранилища артефактов в динамичное пространство...
ПодробнееОладьи из кольраби, салат из кольраби и яблок с горчичной заправкой, суп из кольраби, индейка с...
Теплый салат с кускусом, овощами и руколой, сырный суп с овощами, порционные рагу из смеси овощей,...
Блинчики с вареной сгущенкой, блины овсяные, ржаные блинчики с творожным сыром, сырные блины,...
Официальные лица Литвы надеются, что отношение Соединенных Штатов Америки (США) к Украине, которая
Президент Литвы Гитанас Науседа в среду встретился с руководством парламента Литвы.
Верховный суд Литвы (ВСЛ) в среду прекратил дело «о чеках» дело против бывшего мэра Йонавского
Как сообщает литовский министр финансов Римантас Шаджюс, доходы от повышения налогов будут
Министр обороны Литвы Довиле Шакалене заявила, что затонувшая в болотистой местности под Вильнюсом
В четверг Вильнюсский окружной суд продолжил рассмотрение дела о содействии в действиях против
Во вторник в ознаменование 11 марта — Дня восстановления независимости Литвы — в столице пройдут
В Вильнюсе в воскресенье около 50 белорусов собрались на акцию протеста возле Посольства Беларуси
Самолеты венгерской авиакомпании Wizz Air с июля будет летать из Вильнюса в столицу Венгрии
ОВЕН Бдительный и тщательный В делах дома, семьи, недвижимости и семейного бизнеса проявляйте активность с оглядкой. Обратите внимание на дела прошлого,...
Подробнее